Телефоны приемной:
(8877) 52-16-23
(8877) 57-03-48

ОТНОШЕНИЕ КУБАНЦЕВ К ЮЖНЫМ СЛАВЯНАМ В НАЧАЛЕ ХХ В.

23 декабрь 2017, Суббота
539
0

В статье предпринята попытка рассмотреть отношение кубанцев к южным славянам. Представлены массовые пожертвования на нужды славян и добровольческое движение в периоды Балканских войн. Показано формирование позитивных стереотипов в народном творчестве и исторических представлениях.

Ключевые слова:кубанские казаки, южные славяне, Балканские войны в начале XX в., исторические реалии, культурные взаимосвязи.

The paper attempts to consider the attitude of Kuban to the southern Slavs. It represents mass donation to the Slavs and the volunteer movement in the periods of the Balkan wars. It shows how to generate positive stereotypes in the folk art and historical views.

Keywords: Kuban Cossacks, South Slavs, the Balkan wars in the early XX century, the historical realities and cultural relationships.

Славянский вопрос занимал не последнее место в общественной жизни дореволюционной России и без сомнения не утратил своей важности и сейчас. Региональные аспекты российско-южнославянских связей всегда составляли одну из важных проблем исторического славяноведения. Известны работы об украинско-болгарских и белорусско-болгарских связях, роли южных и западных славян в истории Средней Азии, роли казачества в общественно-политических событиях в Польше и на Балканах1.

Ценным источником по связям Кубани и Черноморья с южными славянами являются материалы Государственного архива Краснодарского края. Отношения кубанцев к событиям на Балканах зафиксированы в фонде 396 «Войсковой штаб Кубанского казачьего войска». В сфере изучения взаимоотношений кубанского казачества и южных славян ценную информацию содержат материалы периодической печати: «Кубанские областные ведомости», «Кубанский казачий листок», «Отклики Кавказа».

Наиболее ярко характер взаимоотношений кубанцев и южных славян проявлялся в периоды военных действий на Балканах.

После ухода России с Балкан в 1885 году этот регион продолжал волновать казачье общество. Хорунжий Прасолов, рассказывая читателям «Кубанских областных ведомостей» о значении боевого гимна, приводил в пример болгар: «Даже в наше время идут в рукопашный бой с песней или, правильнее, с боевым гимном. Известно, например, какое отчаянное мужество придавали болгарским дружинам за Балканами в 1887 г. слова национальной песни «Шюмна Марица»... Стоило одному начать эту песнь, и истекающая кровью горсть храбрецов, подхватив мотив ее, лезла в орду Сулеймана и, проложив штыком дорогу, брала назад свое знамя (знаменитая святыня Самарского полка)»2.

1-я Балканская война, начавшаяся 2 октября 1912 года, вызвала большое воодушевление среди подвижников единства славянского мира. В «Кубанских областных ведомостях» на эту тему 20 октября 1912 года было опубликовано замечательное стихотворение, под названием «Орел»: «Высв горнем море света, / Где силой дышащая грудь / Разгулом вольности согрета, — / О младших братьях не забудь. / На степь полуденного края, / На дальний запад оглянись: / Их много там, где ширь Дуная, / Где Альпы тучей обвились,.../ И ждут окованные братья — / Когда же зов услышат твой, / Когда же крылья, как объятья, / Прострешь над слабой их главой? / О, вспомни их, Орел полночи! / Пошли им звонкий твой привет, / Да их утешит в рабской ночи / Твоей свободы яркий свет! / Питай их пищей сил духовных, / Питай надеждой лучших дней / И хлад сердец единокровных / Любовью жаркою согрей!»3.

В одной из статей этой же газеты автор с уверенностью заявлял: «На ближнем Востоке наши братья по крови славяне: болгары, черногорцы, сербы и родственные нам по вере греки воюют со своим врагом — турками. Я не ошибусь, если скажу, что все славянские сердца, после первого пушечного выстрела, сделанного Черногорией, забились сильнее, что каждая телеграмма, сообщающая об убитых и раненых наших братьях славянах, отзывалась острой болью в нашем сердце и к чести нашей, мы, русские — первые из славян поспешили облегчить страдания раненых союзников. Много общин и отрядов русского Красного Креста уже находятся на театре военных действий союзников и еще несколько имеют вскоре туда же выехать»4. Мобилизация союзников прошла довольно быстро. Как утверждал А. Дорошкевич: «Уклонившихся от явки совершенно не было и даже наоборот на призыв явились те, кто по старости или по иным причинам не подлежали призыву»5.

Важным показателем народного воодушевления стало добровольческое движение. Прежде всего, «испрашивали разрешения о командировке добровольцами на Балканы казачьи офицеры второй очереди, не особенно обремененные тяготой службы»6. Начальник Кубанской области генерал-лейтенант М. П. Бабыч сообщал начальнику штаба Кавказского военного округа 13 октября 1912 года: «Ввиду поступающих ко мне от некоторых офицеров льготных частей ходатайств об испрошении разрешения на командирование их добровольцами на Балканский театр военных действий. прошу уведомит меня, будут ли вообще разрешены подобные командировки или просителям надлежит рекомендовать с целью выполнения своего желания зачисления на войну к защите выбирать себе заграничные паспорта на свое усмотрение»7. Ответ начальника штаба Кавказского военного округа от 27 октября 1912 года был следующим: «Разрешения на командирование офицеров добровольцами на Балканский театр военных действий не последует, а потому желающие офицеры могут отправляться лишь при условии оставления действующей службы»8.

В редакцию газеты «Отклики Кавказа» приходили письма, в которых спрашивали, «где можно записаться в добровольцы». Сотрудник газеты Федор Черный опубликовал некоторые из них: «Юноша из станицы Кавказской семнадцатилетний гимназист, оговариваясь, что не знает «точного адреса кавказского отряда добровольцев, просит ответить подробно на следующие вопросы: условия поступления, кого принимают в добровольцы, каких лет?» Он сын казака, учится в гимназии. Он пишет письмо с согласия родителей; родители в случае его поступления в кавказский отряд добровольцев», обязуются приобрести для сына седло, часть оружия и выдают 100 р. денег на покупку другой амуниции. Юноши и взрослые готовы участвовать в деле освобождения славян от ига турок, малолетки, которые приняты на службу быть не могут, шлют в пользу славян свои пятаки и двугривенные»9.

В «Кубанском казачьем листке» за 17 октября 1912 года отмечалось, что «никогда не наблюдалось такого числа лиц, желающих идти добровольцами для защиты славян, как в данное время. Всколыхнулись и Дон, и Кубань, и Терек и даже Урал. Группы казаков приходят к начальству проситься в добровольцы драться с баши-бузуками. Проснулась казацкая удаль. Войну против мусульман казак считает священной»10. Известен даже факт награждения кубанского казака. Так приказом по 2-й Кавказской казачьей дивизии от 27 июня 1913 года «года высочайше разрешено хорунжему 1-го Лабинского полка Некрасову принять и носить пожалованный ему иностранный орден — Болгарский серебряный крест»11.

Болгарский автор Б. П. Куюмджиев высоко оценил деятельность русских добровольцев на Балканах: «Идването на руски доброволци във войската вдъхнови нашите войници и те ги приеха каго родни братя. Руските доброволци служеха в бойните части като опитни специалиста, проявиха усърдие, преданост и чувство на отговорност при изпълнение на бойните задачи»12.

Весьма нелицеприятные высказывания со страниц газет звучали в сторону российского правительства. Так уже 7 октября 1912 года была опубликована статья, в которой излагалось, что «чрезвычайно медленный и вялый темп нашего внутреннего возрождения окрылял их (врагов) на все новые и новые набеги на беззащитное славянство... Вся славянская печать содрогнулась при известии о новом совместном выступлении русской и австрийской дипломатии для сохранения территориальной неприкосновенности Турецкой империи в Европе...Однако неожиданный факт этот свершился. И все славянство убедилось снова, что австрийской дипломатии удалось еще раз выставить представителей России в качестве турецких жандармов на Балканах»13. Такого же мнения придерживался болгарский исследователь А. Ган-чев: «Основниятъ неджгъ, обаче, на съюза бе, че той не държеше сметка за противоречивое интереси на Великите сили и най — вече за вековното съперничество между Русия и Австро-Унгария на Балканите, и взимаше открито страната на първата»14. Очень метко выразил отношение России к балканским славянам неизвестный автор статьи, опубликованной в «Кубанском казачьем листке»: «Отношение России к балканским славянам можно выразить словами митрополита Макария, сказанными этим святителем заточенному в темнице узнику Максиму Греку: целую узы твоя и духовно помогать берусь. В России нет Пилатов, никто из нас не позволит предать на распятие и растерзание наших слабейших братьев, иначе бы мы подтоптали — бы под ноги нашу — же собственную кровь, наши жертвы, которые отданы на тех — же Балканах за свободу братьев-славян»15. Тем не менее, в среде простого русского люда, в том числе и казачества, бытовало совсем иное мнение. Примером тому может служить стихотворение на опоэтизированной «балачке» Як1ва Жарко «На турка!»: «Горять вогнем, горять Балкани... / До бою рвуться ва Славьяне.../ Брат1в з неволи визволять, / Бра-ти з уск кра1в летять! / Болгарии, Сербии, Черногорщ / (Чи чуете ви, Чорноморщ?) / На турка йдуть з хрестом, з мечем, / 1з помсти, у серцях, огнем!... / Вперед, брати, на Турка смтло! / 1з вами Бог — Славянства сила. / Пщходе ворогу кшець. / Вам — слава в свттП вшець! / Вперед брати! Царь-град вертайте, / З Европы Турка виганяйте, / Де пьять вшв вш панував, / Знущався, р1зав, убивав. / Вперед брати! Орел лттае Двохглавий. крила розправляе, / Над вами. См1ло на Царь-град!... / Його вернуть з нас кожен рад»16.

Также как и в период Восточного кризиса, с начала 1-й Балканской войны массовый характер приобрели пожертвования в пользу южных славян. Как отмечал «Кубанский казачий листок» в станице Терновской «среди местного общества и греков собрано на Красный крест для Черногории, Сербии, Болгарии и Греции около 500 руб.»17. В помощь славянам «заведующей Гривенским 2-х классным училищем доставлено в редакцию «Кубанских областных ведомостей» 3 руб., собранные ученицами на нужды балканских славян. Деньги редакцией отправлены по назначению»18. Группой сочувствующих был устроен, «13 ноября, Славянский вечер, в помещении биографа «Мон-Плезир», в пользу раненых воюющих с Турцией Балканских держав. При исполнении войсковым симфоническим оркестром, под управлением г. Столерман, национальных маршей: Болгарии, Черногории, Сербии и Греции все присутствовавшие встали и обнажили головы»19.

«Кубанские областные ведомости» за 17 ноября 1912 года сообщали, что «Староминским хуторским училищем препровождены в редакцию 1 руб. 47 коп., собранные среди учащих и учащихся в помощь братьям славянам, раненых в сражениях с турками»20. Такие пожертвования от преподавателей и учащихся школ, училищ были не единичны21. «Кубанский казачий листок», как впрочем, и «Кубанские областные ведомости» пестрят статьями на эту тему. Весьма показательным примером сочувствия славянам может послужить тот факт, что во время проводов на войну «12 ноября новобранца Григория Ильича Чардахчиева» было собрано 16 рублей, «пожертвованные разными лицами (гостями)... в помощь раненым солдатам четырех соединенных Балканских государств»22. Такие же пожертвования продолжали поступать в период военной кампании23, а также и после окончания войны.

2-я Балканская война между сербами и болгарами вызвала волну сочувствия и сопереживания по поводу этих событий. Общественность назвала эту войну братоубийственной. Как отмечал Д. А. Мирской: «Нынешний спор ваш, если дойдет до братоубийственной войны, может привести вас к унижению в глазах всего света и значительно ослабить престиж всего славянства в международных отношениях»24.

На страницах кубанских газет появлялись статьи с осуждением этой войны. «Балканская война, как нельзя лучше, выпукло обнаружила славянское настроение: пока был общий враг все шли вместе — плечо к плечу, но как только враг оказался сломленным или, быть может, лишь временно ошеломленным, сейчас же всплыли наверх старые дрязги, старые счеты, соперничество и свара, грозящие не только прочности союза, т.е. той силе, которая лишь одна и имеет международное значение, но и, к величайшему сожалению, грозящие перейти к внутренней борьбе союза, к братоубийственному самоуничтожению», — писал Л. Тмутараканский на страницах «Кубанского казачьего листка»25.

Разногласия между союзниками начались из-за части македонской территории Битоли. К тому же Сербия не получила желаемого выхода к Адриатическому морю. После заключения перемирия между союзниками и Турцией сербская армия «вернулась на родину, дышащая злобой и негодованием от генерала до последнего солдата за испытанное в течении четырех месяцев недоверие, презрительное отношение и неблагодарность»26. Болгария в этой войне оказалась проигравшей стороной, и было заключено перемирие.

«Мир заключен!» — эти два слова принесли радость не только воюющим, но и всем страдавшим душой за пролитие братской крови на Балканах», — так выразил общественное мнение Д. А. Мирской»27.

Отношение к южнославянскому миру менялось с началом Первой мировой войны. Сербия, которая подверглась нападению «сохраняла в традиционном сознании кубанцев ореол мученицы, а Болгария, вступившая в союз с Центральными державами, была объявлена неблагодарной изменницей интересам славянского дела»28. В статье «Страдалица Сербия», опубликованной в октябре 1915 года в «Кубанском казачьем вестнике» были следующие строки: «Невероятные усилия сделали враги и навалились огромными силами на бедную, маленькую Сербию...Всех вырезают враги, особенно болгаре, которые срывают на сербах свою злобу за прежние свои поражения... Подумайте только: против одной маленькой Сербии — две великие державы — Австро-Венгрия и Германия и третья — предательница Болгария»29. На страницах газеты Болгария предстает, как «подкупленная германцами, опозорившая себя ценой измены славянскому делу, предательница Болгария»30. Впервые в своей истории, помимо воли народа, «Болгария оказалась в лагере противников России. В результате гибельного для Болгарии антинационального политического курса находившегося у власти правительства страна стала союзником не только австро-германских империалистов, но и вековечного своего врага Турции»31.

Кубанское казачество, да и вся Россия откликались на беды южных славян и призывы о помощи. В представлениях казаков южные славяне, как братья по вере, а помочь своим единоверцам многие считали своим долгом. Среди кубанцев происходит рост патриотических настроений. По мнению многих авторов — это было связано с правительственной пропагандой об освободительной миссии России на Балканах. Однако это точка зрения официальной власти. Отношение же русского народа, кубанского казачества к южным славянам носит иной характер, который варьировался в самых широких пределах: от денежной и материальной помощи до добровольчес

Литература

1.Матвеева А. М. Из истории западных и южных славян в Средней Азии в конце XIX — начале XX веков // Советское славяноведение. — Минск, 1969; Матвеев О. В. Польский след в истории дореволюционного Майкопа // Голос минувшего. Кубанский исторический журнал. — 2007. — №3-4; Его же. Повседневная жизнь поляков в укреплениях Черноморской береговой линии в 30-е — 50-е годы XIX века // Рейтар. Военно-исторический журнал. — М., 2008. — №41 (3/2008); Мельцер Д.Б. Белоруссия и Болгария: дружба вечная нерушимая. — Минск, 1981; Сохань П. С. Очерки истории украинско — болгарских связей. — Киев, 1976; Хаджиниколова Е. Българските преселници в южните области на Русия 1856 / 1877. — София, 1987.

2. Прасолов, хорунжий. Казаки-песенники // Кубанские областные ведомости (КОВ). — 1896. — №16.

3.КОВ. — 1912. — №228.

4.А.В.С. Славяне ли? // КОВ. — 1912. — №233.

5.Дорошкевич, А. Война на Балканском полуострове. (От открытия военных действий до перемирия). — СПб., 1913. — С. 13.

6.Матвеев О. В. «Православные крестоносцы»: Балканское направление в пространстве казачьей картины мира и исторические реалии // Мир славян Северного Кавказа. — Краснодар, 2004. — Вып.1. — С. 221.

7. Государственный архив Краснодарского края (ГАКК). Ф. 396. Оп. 1. Д. 10377. Л.л. 90, 90-об.

8.ГАКК. Ф. 396. Оп. 1. Д. 10377. Л. 92.

9.Черный Федор. На бой кровавый // ОК. — 1912. — №230.

10.Казаки добровольцы // Кубанский казачий листок. — 1912. — №264.

11.ГАКК. Ф. 396. Оп. 1. Д. 11061. Л. 109.

12.Куюмджиев Б. П. »Дипломатическа и материална подкрепа от Русия на България по време на Балканската война 1912-1913г. Руски доброволци и проявена храброст от тях. — София, 1968. — С. 51.

13.Кубанский казачий листок. — 1912. — №256.

14.Ганчев А. Балканската война 1912-1913 г. — София, 1939. — С. 12.

15.Кубанский казачий листок. — 1912. — №257.

16.Кубанский казачий листок. — 1912. — №249.

17.Кубанский казачий листок. — 1912. — №262.

18.КОВ. — 1912. — №240.

19.Славянский вечер // Кубанский казачий листок. — 1912. — №288.

20.На помощь славянам // КОВ. — 1912. — №250.

21.КОВ. — 1912. — №251, КОВ. — 1912. — №266, КОВ. — 1912. — №278, КОВ. — 1912. — №304.

22.Пожертвования в пользу славян // Кубанский казачий листок. — 1912. — №292.

23.КОВ. — 1913. — №8.

24.Мирской Д. А. Славянин из России о Балканской войне (Ближайшее прошлое).- Васильков, 1913. — С. 5.

25. Тмутараканский, Л. Славянское нестроение // Кубанский казачий листок. — 1913. — №447.

26.Балканская война. 1912-1913 гг. — М., 1914. — С. 184.

27.Мирской Д. А. Славянин из России о Балканской войне (Ближайшее прошлое).- Васильков, 1913. — С. 3.

28.Матвеев О. В. «Православные крестоносцы»: Балканское направление в пространстве казачьей картины мира и исторические реалии // Мир славян Северного Кавказа. — Краснодар, 2004. — Вып.1. — С. 224.

29.Страдалица И. Б. Сербия // Кубанский казачий вестник. — 1915. — №43.

30.Там же.

31.Матвеев О. В. К истории болгарских переселенцев на Кубани. Часть I (70-е годы XIXв. 1916г.) // Итоги фольклорно-этнографических исследований этнических культур Северного Кавказа за 2002 год. Дикаревские чтения (9). — Краснодар, 2003. — С. 155.


Жабчик С.В.скачать dle 11.3
Обсудить
Добавить комментарий
Комментарии (0)
Прокомментировать
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Наш коллектив
Партнеры